СЕН
Вторник
28
08:19
Курс валют:
$ 26.75, € 31.26

​Ликвидатор-чернобылец Владимир Терешкович: Полесские села умирали прямо на наших глазах

Ветерану ОВД Житомирской полковник милиции в отставке Владимиру Владимировичу Терешкович трижды пришлось побывать в зоне распространения чернобыльской беды. 35 лет прошло с тех пресловутых событий, однако воспоминания ликвидатора до сих пор живы в его памяти.

Владимир Владимирович Терешкович - до недавнего времени председатель военно-врачебной комиссии органов внутренних дел Житомирщины, а ныне - ветеран-пенсионер ОВД - в составе сводного отряда правоохранителей региона отправился в зону бедствия конце мая '86 -го. Для него, медика по образованию, с богатейшим опытом врачебной работы, как и для многих других людей, тогда понятие радиоактивности и его влияния на человеческий организм оставались относительным и базировалось на общей теории. Вся сущность опасности, в которой оказались и ликвидаторы, и непосредственное населения отдельных регионов, стала понятной лишь впоследствии.

Отряд, куда входил Владимир Терешкович, был командирован в северные районы Житомирщины, в частности, охватывал часть территории Народичского и Овручского районов. Если правоохранители, попавших в первую волну ликвидации, непосредственно проводили первоочередные мероприятия по эвакуации населения из пораженных радиацией населенных пунктов, то на плечи их преемников полагалось закончить принудительное выселение людей и начать процесс выделения так называемой зоны отчуждения, ограждая колючей проволокой. В обязанности Владимира Владимировича входило контролировать полученные дозы облучения ликвидаторов и принимать неотложные меры в случае обнаружения резких изменений самочувствие коллег.

- Первое, что почувствовали, прибыв по месту несения службы - невероятная жара и буйная зелень овощей и другой растительности, которая просила дождя. Однако на небе все это время не было ни облачка. Лишь позже мы узнали, что облака просто искусственно разгоняли, - вспоминает Владимир Владимирович.

Видимо, контрастом к пышному зеленотравья стали ужасные картины человеческого бедствия. Процесс принудительной эвакуации происходил медленно и мучительно: люди, большинство из которых почтенного возраста, не понимали, почему им нужно немедленно покидать родительские дома и ехать куда глаза глядят. Не до конца это осознавали и сами ликвидаторы, однако уговорами и убеждениями же выселяли людей из опасной пораженной зоны.

- На тот момент невиселенимы оставались дома преимущественно пожилых людей. Убедить их покинуть насиженные потомственный места было задачей не из легких. Старческие слезы и собраны в узелки скудные пожитки летних хозяев, на головы которых нежданно-негаданно свалилось какое-то непонятное для всех беда - все грузилось в автобусы и вывозилось из родного села куда-подальше. Мы же убеждали людей в том, что это временные меры, они смогут вернуться в свои старенькие хаты-мазанки, кое-где еще с соломенными крышами, за два-три месяца. Но не судьба. Выселены села навсегда остались зоной отчуждения, - говорит Владимир Терешкович.

Вся же животная живности, что оставалась в селах-пустошах после отъезда скорбящих хозяев, подвергалась срочном уничтожению. Собаки, которые повидвьязувалися но не бежали в леса, домашнее птиц, а иногда даже лошади и скот, были отстреляны и похоронены в специально отведенных для этого огражденных могильниках, потому несли в себе распространение опасности ... Так полностью «зачищалися» полесские села.

- Помню, как внезапно перед блок-постом, выставленным для охраны одного из выселенных и уже почти огражденных сел, появилась группа людей. Они настойчиво просились попасть на кладбище. Оказалось, умер один из летних местных жителей из числа принудительно выселенных несколько дней назад. Старый заранее завещал похоронить его у родного села и нигде. Вот люди и вернулись, чтобы выполнить последнюю волю умершего. Правоохранители не имели права пропустить похоронную процессию и снова уговорами пытались убедить крестьян в невозможности этого.

Но напрасно: возмущение, слезы, крик и при чтении. На ноги был поднят высшее руководство - и в конце людям разрешили похоронить крестьянина на местном кладбище.

Таким запомнилось Владимиру Терешкович его первая командировка в зону чернобыльской беды. Впрочем, туда он вернулся уже в конце июня, когда вдоль зоны отчуждения было создано и действовали блокпосты, где несли службу сотрудники милиции. Третье многодневное командировки пришлось на ноябрь уже в следующем 1987 году. Нужно было постоянно следить за состоянием здоровья ликвидаторов-охранников и обеспечивать их питания.

- Ни о каких средства радиационной защиты речь тогда не шла. В лучшем случае были обычные респираторы для защиты органов дыхания, но использовали их также далеко не все, - продолжает Владимир Владимирович. - Понимаете, в те времена об этом еще не было достаточной информации. А мы были молодыми и особо не переживали опасности, которую нельзя ни увидеть, ни прикоснуться к ней. Не видно и не слышно, значит - порядок.

Впрочем, опасность фиксировали дозиметры, показания которых регистрировались в карточках каждого из ликвидаторов. Как оказалось уже вскоре, дозы полученного каждым из них облучения непременно сказались ...

- Все масштаб трагедии мы осознали гораздо позже, с годами и чувствуем его по сей день, - грустно улыбается мой собеседник.

Ветеран ОВД Владимир Владимирович Терешкович сейчас находится на заслуженном отдыхе. За его плечами - мудрость, большой жизненный и профессиональный опыт. А еще - нетленная память о тех зловещие события, которые заставили каждого из ликвидаторов-чернобыльцев утвердиться в убеждении, что высшая ценность для человека - это здоровье и жизнь.

11 апреля Владимир Владимирович Терешкович отпраздновал свой славный 70-летний юбилей. Поэтому искренне желаем ветерану крепкого здоровья на долгие годы, радости, добра и любви!


Вчора

26.09.21

25.09.21

Сторінки:
Нагору